(David Samoilov, 1964)

I’m getting overgrown with memory,
As a clearing overgrows with woods,
In the morning memory-birds chatter,
And memory-winds howl in the night,
While memory-oaks mutter through the day.

And there, in my memory of feathers,
All tales begin with “once upon a time.”
In this there is an unrepeatable existence
And an unrepeatable quenching of a thirst.

But memory conceals such a power—
Its apparitions flourish and return.
Memory-rains pound the streets, unquiet,
And memory-snow flies, and cannot fall.

ПАМЯТЬ

Я зарастаю памятью,
Как лесом зарастает пустошь.
И птицы-память по утрам поют,
И ветер-память по ночам гудит,
Деревья-память целый день лепечут.

И там, в пернатой памяти моей,
Все сказки начинаются с "однажды".
И в этом однократность бытия
И однократность утоленья жажды.

Но в памяти такая скрыта мощь,
Что возвращает образы и множит...
Шумит, не умолкая, память-дождь,
И память-снег летит и пасть не может.